Я чувствую, что постепенно превращаюсь в старого, бомжеватого, полусумасшедшего и занудного тунеядца, несмотря на молодой возраст | propsyteen.ru
Облако тегов
Задать вопрос
КАБИНЕТ ON-LINE КОНСУЛЬТИРОВАНИЯ ДЛЯ ПОДРОСТКОВ И МОЛОДЁЖИ
Эдуард, 20 лет , Санкт-Петербург

Я чувствую, что постепенно превращаюсь в старого, бомжеватого, полусумасшедшего и занудного тунеядца, несмотря на молодой возраст

Здравствуйте, психологи! Меня зовут Эдуард, мне в июле исполняется 20 лет.
Я чувствую, что постепенно превращаюсь в старого, бомжеватого, полусумасшедшего и занудного тунеядца, несмотря на молодой возраст. Но обо всём по порядку. Простите меня за мою длинную исповедь, но у меня накипело слишком много, и я не могу иначе. Заранее благодарю.

Я родился и вырос в небольшой волгоградской семье. Отца я не видел с моих 4-х лет, и меня воспитывали мама, а также бабушка с дедушкой по её линии. В детстве я практически ни в чём не нуждался (к 7 годам уже успел посетить около 10 стран мира), кроме того, меня подготовили в плане знаний и интеллекта настолько, что я едва не начал учиться сразу во 2-ом классе, вместо 1-го. Почему этого не случилось, сейчас расскажу.

У меня от рождения присутствовала непереносимость глютена и лактозы (иными словами, хлеба и молока). И казалось бы, этот факт не должен сильно мешать моей нормальной жизни. Другое дело, что родители этого не знали, и в результате хронической интоксикации мой мозг был органически повреждён, что привело к аутизму или чему-то в этом роде (у меня, к сожалению, нету мед. образования, поэтому описываю, как могу и что мне известно). Я ни с кем не общался, постоянно бормотал какие-то несвязные слова, часто выпадал из реальности, и в связи с этим меня хотели положить в детскую психбольницу, чего не произошло только из-за затянувшейся бюрократии с этим делом. А тем временем, моя мама как-то чудом узнала о причине в моём случае, и моё состояние сильно улучшилось, однако всё равно не до нормального (я до сих пор время от времени выпадаю из реальности, хотя и могу это как-то контролировать).

В школе я, так сказать, и успевал, и не успевал. Успехи были преимущественно в учёбе (1-6 класс я закончил почти на отлично, далее был кем-то между хорошистом и отличником). Помимо учёбы, я также ходил в секцию по плаванию и в музыкалку на уроки по гитаре, а вот в общении с одноклассниками у меня что-то не сложилось, вероятно, из-за психологического, а возможно, и психического расстройства. Друзей у меня почти не было, меня все игнорировали, насмехались надо мной, а бывало, что и били. Я терпел, а когда уже не было сил, то отвечал тем же. Но поскольку родители и учителя меня сильно ругали за ответную агрессию, призывая к культурным способам решения конфликтов, то я начал искать отдушину для так называемого “выпуска пара”. Нужда в ней была очень сильной, так как из-за своих особенностей поведения я не смог поладить ни с родителями, ни с одноклассниками, ни с учителями, а новых друзей так и не нашёл. И тут я нашёл решение, пусть и не самое удачное. Я начал есть очень много сладкого и часами играть в компьютерные игры, чтобы заглушить внутреннюю боль и переживания. И в этом решении, я считаю, есть и хорошая и плохая сторона. Хорошая заключается в том, что я тем не менее сбрасывал напряжение, а также, когда некоторые мои одноклассники начали пробовать сигареты, алкоголь и прочие вредные вещи, я, уже имея аналоги, не присоединился к ним. Но плохая сторона сильно перевесила хорошую. У меня начало ухудшаться физическое здоровье, начали появляться предпосылки к тому, чтобы стать тем, кем я являюсь сейчас, а кроме того, денег на сладости не всегда хватало, и я воровал деньги у родственников, когда уже становилось невмоготу. Всё было по схеме школа-плавательная секция-“музыкалка”-сладости-компьютерные игры вплоть до окончания 9-го класса. И тут начинается самое интересное. Моя семья переехала в Санкт-Петербург в связи с вступлением в брак моей матери с моим нынешним отчимом. Я решил взять себе один свободный год, чтобы понять, чем я хочу заниматься. Однако этот год я, вопреки своим ожиданиям, провалялся на диване, играя в компьютерные игры и изредка почитывая книги. Я, конечно, в перерывах между кроватью и компьютером пробовал что-то новое, но ни на чём не задержался. Спорт мне изрядно надоел. Гитара тоже. Для рисования я был слишком точный. Написание статей и журналистика было слишком скучным и выматывающим. Ни с чем так и не определившись, на следующий год я был вынужден поступить в колледж на бюджетный факультет программирования, учитывая мои некоторые склонности к физике и математике, а также давление родителей. Я бы не сказал, что мечтаю об этой профессии, просто у меня не было другого выбора. Но в колледже я так и не изменился. Наоборот, вдобавок к вышеизложенным привычкам я начал смотреть порнографию, прогуливать занятия и много ностальгировать по нулевым и начале десятых, на которые пришлись моё детство и ранняя юность. Мол, раньше и играть в компьютерные игры было веселее, и родители меньше требовали с меня, и энергии было куда больше, и всё было совершенно иначе, нежели сейчас. В голове иногда всплывают мысли о том, как уже докоптить небо, и обрести вечный покой наконец. Раньше я подумывал о том, чтобы свести счёты с жизнью, и даже пытался однажды. Сейчас я решил, что “да гори оно всё синим пламенем, как-нибудь доживу оставшееся время, вовсе необязательно его сокращать”. В последние годы и месяцы я всё больше начинаю напоминать старого бомжа. Я не слежу за внешним видом, хожу в грязной одежде, редко появляюсь на занятиях в колледже, а сам в это время либо иду в библиотеку и играю на своём школьном компьютере (даже это мне уже “в лом” делать), либо смотрю ютуб, либо слушаю музыку, либо копаюсь в своих мыслях и анализирую. Размышляю я много о чём: об общественно-политическом строе вокруг меня, о своей неудавшейся личной жизни, о гиперопеке родителей надо мной, о том, почему меня отвергло общество, о своей ненависти к тому самому обществу, о том, кто виноват в том, что получилось со мной, о том, почему я такой несамостоятельный и т. п., а иногда закрываюсь в туалете и тихо несу какой-то несвязный бред, или мастурбирую. Потом прихожу домой, по пути покупая сладости на деньги, которые я получаю из стипендии и карманных от родителей, и либо ложусь спать от физического и психологического изнеможения, либо перед этим успеваю ещё раз посидеть в компьютере. И так по кругу. На все претензии ко мне я ворчливо отвечаю занудными придирками к словам и используемым фактам, а когда мне задают вопрос, что я буду делать, когда меня прекратят содержать по тем или иным причинам, то мне нечего и ответить. А всё потому, что в этом случае я с высокой долей вероятности попаду в тюрьму или психушку, либо стану бомжевать, либо умру от голода. Мне трудно и крайне неприятно об этом думать. С одной стороны, я бы назвал свою сегодняшнюю жизнь далеко не идеальной. А с другой стороны, у меня практически нету силы воли и мотивации, чтобы подняться с этого дна. Подскажите, как мне быть в этой ситуации?

Глеб
психолог Глеб

Добрый день, Эдуард.
Спасибо за подробный рассказ о своей жизни.
Попробую прокомментировать ваш рассказ с психологической точки зрения. Начну с вопроса непереносимости глютена и лактозы. Когда в жизни человека появляется какая-то болезнь, вместе со своими симптомами она оставляет след на модели адаптации человека к миру. Особенно если речь идет о ребенке. Развитие личности пропускается через призму борьбы с болезнью, какой бы она не была. В вашем случае непереносимость глютена вполне могла создавать негативный эмоциональный фон – депрессию, раздражительность, гиперактивность, по крайней мере эта симптоматика часто присутствует. Решить эту проблему возможно с помощью диеты, и, надеюсь, в вашем случае так и произошло, и симптоматика, вызванная непереносимость глютена и лактозы, ушла. Но обычно это создает другую трудность. Наличие проблемы со здоровьем у ребенка естественным образом создает много тревоги и страхов у родителей, что сказывается на характере выстраиваемых отношений с ребенком. Обычно в таком случае затрагивается развитие автономии или независимости у ребенка. Например, соблюдение диеты ребенком затруднительно и требует большого контроля со стороны родителей, часто даже гиперконтроля. Совершенно не случайно, что ваши трудности усилились после шестого класса. Вступление в подростковый возраст предполагает решение нескольких психологических задач развития. Основное ¬̶̶̶ это дальнейшее психологическое отделение от родителей и формирование отношений со сверстниками. То есть речь о новом этапе развития все той же автономии. Это всегда сложная задача, а когда на нее накладывается утяжеление в виде любой болезни и уже сложившейся модели адаптации, это крайне сложная задача. Я могу предположить, что собственно ваша нынешняя модель поведения и является способом решения этой задачи. Автономия от родителей была решена за счет снижения успеваемости и отказа от реализации требований взрослых. «Платой» за это оказалось снижение мотивации и потеря интереса к жизни. С другой стороны эта «плата» позволяет не сильно страдать от отсутствия отношений в жизни, дружеских и романтических. Таким образом ваша отгороженность ̶ это «убежище», которое позволяет вам в каком-то смысле решить сразу эти две проблемы. Но проблемы эти никуда не деваются, что заставляет вас постепенно наращивать погружение в это состояние.
Думаю, что вы хорошо понимаете, что тот выход, который вы бессознательно нашли, не самый лучший. И ваше письмо является подтверждением этого. Очевидно, что вы хотите разобраться в происходящем.
Описанная вами проблема решается с помощью психотерапии, не быстро, но решается. Как работает психотерапия и как найти специалиста вы можете узнать на нашем сайте.

Категория: Поведение