мы только вышли с дистанционного обучения, и я была в состоянии полной подавленности | propsyteen.ru
Облако тегов
Задать вопрос
КАБИНЕТ ON-LINE КОНСУЛЬТИРОВАНИЯ ДЛЯ ПОДРОСТКОВ И МОЛОДЁЖИ
Лиза, 13 лет , Москва

мы только вышли с дистанционного обучения, и я была в состоянии полной подавленности

Здравствуйте,как я могу к вам обращаться? не знаю как начать.
Все началось где-то с декабря ( наверное ещё до этого , просто не так явно)мы только вышли с дистанционного обучения и я была в состоянии полной подавленности. Мне не хотелось вставать чтобы прожить новый день, мне не хотелось есть и жить , моя оценки стали ухудшаться и за это я начала винить себя .У меня были постоянные истерики (один раз плакала на полу час ) тогда же я начала заниматься самоповреждением .У меня не было сил не на что ,а родители и мое чувство вины говорили мне что я просто лентяйка. Я все время обещаю себе взять в себя в руки и перестать лениться,но у меня нет сил . Сейчас мне стало лишь чуть лучше (не режусь, можно же так говорить?). Я понимаю что наверное многое придумала себе сама ,но это ведь тоже проблема . Я недолюбленый ребенок , и мне не хватает внимания . Мои родители очень токсичные (я конечно их люблю,но очень много моих истерик из за них ). Я не могу полюбить себя и я устала быть уставшей. Я понимаю что наверное мне нужно было бы к психологу,но мои родители будут против . Не знаю что мне делать.

Татьяна
психолог Татьяна

Здравствуй, Лиза.
Мне показалось, что тебе трудно начать письмо и описать своё состояние именно потому, что ты не совсем понимаешь, что с тобой происходит и по какой причине. Ты интуитивно связала свои проблемы с выходом из дистанционного обучения. Я подумала, что в этом может быть много правды. У меня родилась целая история о тебе. В ней много додуманного, но, возможно, ты найдешь сходство со своей реальной историей.
Жила-была девочка Лиза, постепенно взрослела. Все ей казалось обычным и понятным: ходила в школу, общалась, дружила, радовалась успехам, грустила по поводу неудач. А потом случилась пандемия. Вся жизнь ушла в экраны телефонов и компьютеров, пришлось привыкать к новой жизни. Разные люди по-разному перенесли этот этап. Некоторые погрузились в депрессию, поддались панике и тревогам, а кто-то наоборот обрадовался, ведь это время предоставило возможность жить в убежище: не выходить, не общаться, не проявляться, не становиться «видимым». Думается мне, что девочка Лиза, может, и не обрадовалась, но комфортно погрузилась в этот мир. Ведь в этот период кроме внешнего кризиса приходилось испытывать давление подросткового возраста, сталкиваться с разными переживаниями собственной нескладности, никчемности, ненужности. А тут появилась удобная возможность свои ограничения уложить в рамки ограничений экрана, и, кажется, так получалось более или менее комфортно переживать свой подростковый кризис. Именно поэтому выход их карантина мог стать мощным стрессовым фактором: нужно было расстаться с комфортным убежищем и внезапно стать «видимой», будто лишиться одежды или крыши над головой во время непогоды. Очень понятно, что Лизе в таком состоянии хотелось снова спрятаться, но теперь уже в психическом убежище, с максимальной отгороженностью от внешнего мира…
Состояние, которое ты, Лиза, описываешь, очень похоже на такое внутреннее убежище под названием «депрессия». Отгороженность от внешней жизни хоть и вполне понятна (если моя версия твоей истории верна), но не является сознательным актом. Такой механизм защиты наша психика выбирает без нашего сознания. При этом понимание, зачем она так поступает, порой приносит облегчение. Твою нужду в самоповреждающем поведении тоже можно попробовать понять. Моя версия, что оно тебе помогало чувствовать свои границы, которые резко вдруг размылись вместе с выходом из карантина.
Лиза, ты пишешь о недолюбленности в семье и о «токсичных» родителях. Полагаю, таким образом чувствует себя большая часть твоих сверстников. Это состояние, когда, с одной стороны, ты еще очень нуждаешься в любви и понимании со стороны близких, но, с другой, ту любовь и заботу, которую они демонстрируют, воспринимаешь ядовитой, навязанной и чужеродной. Тогда любое сближение ранит, а отдаление ввергает в еще большее одиночество.
Теперь я попробую обобщить все свои идеи. Лиза, твое подростковое взросление (внутренний кризис) совпало с внешним кризисом, в связи с чем твоя система защит, пытаясь тебя спасти от одних тяжелых переживаний, спрятала в другие — в убежище, которое проявлялось в депрессивных и самоповреждающих реакциях на мир. Родительская любовь оказалась не той, что тебе нужно (интересно, а знаешь ли ты, какая тебе нужна родительская любовь?). Но, похоже, сейчас тебе дискомфортно в твоем убежище, и нужен надежный проводник в реальную жизнь. Я не знаю, почему ты уверена, что твои родители тебя не поддержат в поиске психолога/психотерапевта? Может быть им стоит рассказать историю про то, как девочка Лиза оказалась в таком тяжелом состоянии? Родители тоже нуждаются помощи. Чтобы делать верные выводы, им нужно больше понимать про тебя. Помоги им с этим, Лиза. Тогда у тебя будет больше шансов, что они помогут тебе.
Всего доброго, Лиза.